Вайя восемь лет спустя: лес снова зелёный, но он уже не тот

Дождь шёл уже второй день. В долинах Агордино (Agordino) лиственницы успели порыжеть, будто тронутые ржавчиной, и вода сбегала по каждому распадку. А потом, во второй половине дня в понедельник, 29 октября 2018 года, сирокко заговорил другим голосом. В ту ночь в Беллунских Доломитах (Dolomiti Bellunesi) лес упал.

Кто проводил осень в горах, знает звук долгого дождя — того, что не шумит, но и не кончается. С 27 октября влажный южный ветер гнал тучи на горы и опустошал их прямо там, над гребнями. В Агордо (Agordo) за первые два дня выпало больше трёхсот миллиметров. В Коль-де-Пра (Col de Prà), в коммуне Тайбон-Агордино (Taibon Agordino), дождемер к девяти вечера 29 октября насчитал 610 — и перестал работать. В Соффранко (Soffranco), над Лонгароне (Longarone), область Венето зафиксировала 667 миллиметров: больше рекорда, который Кансильо (Cansiglio) удерживал со времён наводнения 1966 года.

Потом пришёл ветер. Специалисты ARPAV, восстанавливая по часам ход событий, писали, что во многих долинах за считаные минуты штиль сменился порывами сильнее ста километров в час. На Монте-Чезен (Monte Cesen), в Предальпах, один порыв достиг 192 километров в час; на перевале Пордой (Passo Pordoi) и на Монте-Авена (Monte Avena) — 147, на перевале Валлес (Passo Valles) — 149. Это была не гроза, которая налетит и уйдёт. На Чезене между шестью и семью вечера даже средний ветер превысил 120 километров в час: по шкале, которой пользуются моряки, это сила урагана.

Наутро

Когда рассвело, многие деревни сидели без света и без телефона, а дороги перегородили деревья и вода. В следующие дни десятки тысяч абонентов в провинции оставались без электричества, а в некоторые посёлки генераторы доставляли вертолётом. Горные потоки перекроили дно долин. В Серраи-ди-Соттогуда (Serrai di Sottoguda), ущелье, что поднимается от Рокка-Пьеторе к Мармоладе (Marmolada), река Петторина (Pettorina) поднялась до шести метров над руслом, ворочая камни и стволы, и унесла большую часть из четырнадцати мостов и длинные участки дороги.

Но по-настоящему всё становилось понятно, стоило поднять глаза. На склонах Агордино, Кадоре (Cadore) и Комелико (Comelico) целые еловые леса лежали на земле, стволы ровными рядами, будто их причесала огромная рука. В трёх коммунах — Рокка-Пьеторе, Ливиналлонго-дель-Коль-ди-Лана (Livinallongo del Col di Lana) и Колле-Санта-Лючия (Colle Santa Lucia) — погибла большая часть леса, который поколениями удерживал снег над домами. Специалисты по снегу и лавинам подсчитали, что появилось около 800 гектаров новых лавиноопасных участков, а под угрозой оказались больше шестисот зданий.

По всему Венето первые обследования насчитали около 12 500 гектаров повреждённого леса; по всей Италии — больше 42 тысяч, почти в пятистах коммунах, и восемь с половиной миллионов кубометров древесины на земле. Область оценила общий ущерб от бури в Венето в один миллиард 769 миллионов евро, а одно только восстановление лесов — в 185 миллионов. Цифры огромные, но для тех, кто живёт в этих долинах, Вайя (Vaia) — это прежде всего вполне определённое место: лес за домом, воскресная тропинка, склон, который был виден из окна и которого в один день вдруг не стало.

Неторопливая работа тех, кто остался

После бури настало время бензопил, грузовиков и трелёвочных канатных дорог. В Валь-Висденде (Val Visdende), в Комелико, ветер повалил около 650 гектаров леса — примерно триста тысяч кубометров древесины. К июню 2021 года больше восьмидесяти процентов уже было продано, переработано и вывезено из леса. На Коста-д’Антола (Costa d’Antola), на семи гектарах, высадили около восемнадцати тысяч саженцев: в основном ель и лиственницу, а ещё бук, сосну обыкновенную и другие лиственные породы. Не копию прежнего леса, а лес куда разнообразнее.

Но расчищать решили не везде. В зонах, которые защищают деревни от лавин, первые областные рекомендации 2019 года требовали оставить стволы на месте: неровный, заваленный склон держит снег лучше чистого. Это один из самых неожиданных уроков Вайи. Иногда беспорядок защищает.

Годы ушли и на то, чтобы вернуть людям дороги и места. В Серраи-ди-Соттогуда, закрытых распоряжением с 7 декабря 2018 года, компания Veneto Acque по поручению Уполномоченного вела работы стоимостью больше 13 миллионов евро. Ущелье снова открылось 31 июля 2024 года — сначала как «открытая стройплощадка», по предварительной записи. Этим летом коммуна открывала его каждый день с 6 июня по 20 сентября. Кто идёт по нему сегодня, ступает по новым мосткам — между теми же скалами, что в ту ночь видели, как мимо несётся паводок.

В те месяцы добровольцев было много, и среди них — альпини (Alpini). Национальная ассоциация альпини (Associazione Nazionale Alpini) вспоминает, как её служба гражданской защиты участвовала в работах после Вайи. Тот же дух Группа альпини из Сальче (Gruppo Alpini di Salce) вынесла в самое начало своего сайта — словами Нардо Каприоли (Nardo Caprioli).

«Aiutare i vivi per onorare i morti» («Помогать живым, чтобы почтить мёртвых»)

Нардо Каприоли, девиз, который приводит Группа альпини из Сальче

Маленький враг

Когда худшее, казалось, было позади, в леса Беллуно пришёл гость, чьих шагов не слышно. Короед-типограф — жучок в несколько миллиметров, который живёт под корой ели. В миллионах стволов, оставшихся на земле, он нашёл столько еды и укрытия, сколько не находил никогда, а оттуда перебрался на уцелевшие деревья, уже ослабленные бурей. С 2021 года в Венето он поразил от одиннадцати до двенадцати тысяч гектаров леса, и тяжелее всего пришлось как раз провинции Беллуно и плато Азиаго (Asiago). Пик пришёлся на 2022–2023 годы; потом нашествие пошло на спад.

Кто в те годы поднимался к перевалам, наверное, помнит рыжие пятна среди зелени и ели, засыхавшие на корню, лето за летом. Короед протянул тень Вайи далеко за пределы той ночи. Об этом рассказывает и «Il silenzio della foresta» («Тишина леса») — документальный фильм Марко Рекалки (Marco Recalchi), который область представила в минувшем сентябре на Лидо в Венеции.

Лес возвращается

Сегодня на склонах, которые восемь лет назад были мешаниной стволов, снова зелено. Трава, кустарник, молодые деревца рядом с пнями, которые понемногу съедает время. Кто едет мимо на машине, может решить, что всё позади. Кто ходит пешком, знает: это не так. Горному лесу нужны десятилетия, чтобы снова стать лесом, и тот, что вырастет, не будет похож на упавший. У него будут другие породы, другой возраст, другой способ удерживать снег и воду.

А древесина Вайи тем временем стала ещё и памятью. На вершине Фертацца (Fertazza), на высоте 2082 метра, между Валь-Фьорентиной (Val Fiorentina) и долиной Кордеволе (Cordevole), скульптор Марко Марталар (Marco Martalar) собрал из этих стволов оленя высотой семь метров. Олень смотрит в сторону Чиветты (Civetta) и Пельмо (Pelmo), и оттуда, сверху, хорошо видны леса, которые растут заново.

Если захотите вернуться в эти долины осенью, идеи и советы найдутся в нашем путеводителе «Беллунские Доломиты осенью». Дорога через Серраи поднимается к Мармоладе — туда же ведёт маршрут «На велосипеде на перевал Федайя (Passo Fedaia)». В Агордино путь лежит через Ченчениге (Cencenighe), перекрёсток долин. Валь-Висденде — среди мест провинции Беллуно, куда не доходят толпы. А о том, как бывать в горах с уважением, мы написали в статье «Горы не принадлежат нам».

Восемь лет — совсем немного для ели и очень много для памяти долины. Ребёнок, родившийся после Вайи, видит зелёный, невысокий склон и может думать, что так было всегда. Тем, кто тогда был здесь, предстоит рассказать ему, каким был лес и как однажды осенней ночью его забрал ветер. А потом, понемногу, гора начала всё сначала.